"Клякса.ру"
Смирнова Е.Г. публикации

Каталог статей



Анна Монс
Анна Монс     Эта женщина стала известной, всего лишь сварив кофе влюбленному в нее юноше. Звали ее Анна Монс. Имя это ничего не говорит само по себе. Но в 18 веке оно, подобно шлейфу, следовало за судьбой одного из самых влиятельных европейских правителей – Петра I. Из-за этой немки царь буквально вздернул на дыбы всю Россию.  Он не просто вынудил русского мужика пить кофе вместо медовухи. Петр искоренил древнюю Русь и создал на ее месте Европу.
Дом Анны Монс в Немецкой слободе (с картины А. Бенуа)     Немка Анна Монс очень гордилась своим происхождением. Ее вовсе не смущал тот факт, что она родилась в подмосковной слободке со смешным названием «Кукуй-городок». Зато она изящно украшала милым акцентом свою русскую речь, искусно завивала локоны и надевала платья исключительно с декольте. Анна знала, что ее дед, а, может быть, и прадед, когда-то жил в Европе. Как бы там ни было, все ее родственники добрым словом вспоминали русского царя Ивана Грозного, позволившего обосноваться в Подмосковье. Вскоре благодарные иноземцы обнаружили там еще и прекрасный чернозем, который стал давать щедрые урожаи невиданных на Руси овощей и фруктов. Их можно было продавать за баснословные деньги  на рынках. Анна, по примеру других «кукуйцев», также очень любила заниматься садоводством. В ее хозяйстве всегда было аккуратно и чисто. Цветочные гирлянды, казалось, никогда не роняли листьев, а дожди не размывали посыпанных песком дорожек. Как-то в ненастье ее друг и сосед Франц ЛефортФранц Лефорт привел долговязого юношу. Анна знала, что это русский царь Петр.Пётр I Он часто приходил  к ее отцу закупать провиант для потешных войск. Так называлась его армия. Анна склонилась перед государем в глубоком реверансе и предложила чашку кофе. Никто еще не готовил Петру подобного напитка, не говоря уже о реверансах, обнажающих грудь. Русские барышни прятали свои прелести, как того и требовали строгие древнерусские законы. Обескураженный Петр решил переждать непогоду в доме Анны. Задержался он там не на один день – русские дороги во время дождя надолго становились непроходимыми…
     А в это же время в тереме Московского Кремля навзрыд плакала  законная супруга Петра – Евдокия Лопухина. Ее жалела свекровь, Наталья Кирилловна. Но слова утешения не были сердечны. Мать Петра гневалась  на невестку, которая не смогла оградить супруга от немецкой слободки. Два года назад Наталья Кирилловна решила женить 16-го сына, надумав покончить с его водными забавами и потешными войсками.  Ей не по душе был нрав «кукуйцев», а особенно швейцарца Лефорта. Тот всегда был в окружении иноземных женщин, не почитавших местные  традиции. Петр по примеру Лефорта облачился в чулки и узкий сюртук. Но когда поверх волос стал накладывать парик, Наталья Кирилловна запретила Лефорту появляться в кремлевских хоромах. Вместе с ним исчез из дому и Петр. Он практически поселился в немецкой слободе. Услужливый Лефорт готов был уступить ему свой дом. Но Петр, конечно же, предпочёл жилище Анны.  Вроде бы ничего удивительного в их романе и не было. Как говорится, дело молодое. Но вот в чем странность – продолжался он более 10 лет. Как могла Анна так долго удерживать возле себя любвеобильного царя? Одними прелестями тут точно не обошлось… А причиной всему был характер Петра. Ему не так важно было обладание. Покорение – вот что заводило царя. Он, подобно хищнику, устремлялся к жертве, чтобы превратить ее в очередной трофей. За Анну ему приходилось постоянно бороться. Вначале он забрал ее у Лефорта. Затем ради нее решил покорить Балтику. Но больше всего царь хотел сделать ее своей женой. И тут он сталкивался с главным препятствием – своим законным браком.  Он ненавидел покорную Евдокию, которую и упрекнуть то было не в чем.   Несчастная корила себя за то, что супруг желал другую, ненавистную ей Анну Монс. «…эта другая понравилась ему по иноземным приемам; в Евдокии Петру казались противными ее русские ласки, русский склад этой женщины. Петр осудил невинную супругу на монастырскую нищету в то самое время, когда объявил гонение русскому платью и русской бороде, русским нравам и обычаям», — характеризует  увлечения Петра I историк Николай Иванович Костомаров. Но когда речь зашла о разводе, а в те времена аннулировать брак мог только монашеский постриг, Евдокия проявила воистину царскую непреклонность. Становиться монахиней мать наследника престола  не желала. Тем более, что на ее стороне были священнослужители. Как ни странно, но помог царю избавиться от уз брака  Стрелецкий бунт 1698 года. В это время Петр вместе с посольством находился в заграничном путешествии.  Движимый любовью к Анне, он решил повидать ее родину. Однако, визит в Европу пришлось прервать, дабы усмирить недовольных службой стрельцов. Западные манеры и европейское платье не помешали царю лично отсекать головы бунтарям.  Но главным было то, что среди восставших оказалось много Лопухиных, дальних родственников ее жены Евдокии.  Наконец-то он смог предъявить строптивой царице обвинения! Пусть косвенные, но  достаточно весомые, чтобы отправить жену в заточение. Евдокию силой увезли в Суздаль в Покровский девичий монастырь. Наконец-то Петр стал свободным. Он разорвал патриархальные узы со своими родственниками и получил Анну. Больше стремиться было не к чему. Анна была умной женщиной и поняла, что теперь ее кружевная броня станет просто очередным трофеем неуемного царя. Ее опасения подтвердились. Верный Лефорт поведал, что сподвижник Меньшиков и ЕкатеринаПетра, — князь Меншиков, — готовит государю подарок. Подарком этим была юная лифляндская крестьянка Марта, взятая им в плен после осады Мариенбурга. Лефорт прекрасно понимал Меншикова. Когда-то он сам как бы невзначай свел Петра с Анной, рассчитывая на повышение. В итоге он стал адмиралом. Что ж, теперь  покорять двор пришла очередь Меншикова. Но Лефорт и предположить не мог, что простушка Марта станет императрицей, а ее протеже Меншиков фактически будет править Россией.
     В свою очередь Анна, зная вкусы царя,  поняла, что он непременно увлечется  черноволосой пленницей. Но быть отверженной, как Евдокия,  она не хотела.   Тогда Монс затеяла авантюру, которая  в итоге действительно закончилась венчанием. Но не она стала венценосной супругой царя, а ее соперница —  Марта, впоследствии императрица Екатерина I. Что же натворила Анна Монс? Да просто решила разбудить ревность Петра. Для этого ей пришлось написать несколько любовных писем одному саксонскому посланнику. Счастливчик, а точнее, несчастный, не мог совладать с нахлынувшей любовью и известил о увлечении всех, кого знал. Слухи, естественно, дошли до Петра. Взбешенный, тот примчался к Анне. Но почему-то не стал просить руки и сердца, а пригрозил отобрать имения, поместья, драгоценности. В общем, требовал  объяснений. Анна решила прибегнуть к известной уловке с реверансом. Но вместо кофе предложила  отведать цитрон. Или апельсин, он слаще… Петр потерял дар речи, обиделся,  отобрал у Анны все подарки и заключил под домашний арест. А саксонский посланник вскоре захлебнулся в ручье… Теперь пришла очередь обижаться Анне. Она-то просто хотела царя позлить.  Пострадала без вины. Ей стало себя жалко, да и почувствовала она себя одиноко… А чтобы зазря не страдать, влюбила в себя еще одного посланника – теперь уже прусского. Как ей удалось это сделать, сидя в 4-ех стенах, неизвестно. Между тем, влюбленный посланник забыл от счастья не только правила дипломатии, но, казалось, потерял здравый смысл. Он неоднократно обращался к царю с просьбой воссоединить их с Анной в браке. И (о чудо!) Петр наконец-то согласился.  Но на это поступок его подвигла не настойчивость посла, а новая фаворитка Марта. Она не спрашивал царя о Анне, молчала и о себе. Так ей посоветовал Меншиков, который и сам не мог разобраться в интересах царя. Государю понравилась неразговорчивая любовница. Оценил он еще одно ее достоинство – Марта была безграмотна. Следовательно, сюрпризов в виде любовных писем не должно быть.  
     Обиженная Анна уехала в Берлин, на родину новоиспеченного мужа. В счастливом браке прожить долго не удалось – через несколько месяцев после свадьбы супруг умер. Его родственники говорили о сердечном недуге, постигшем его внезапно.  Недуг этот, как оказалось, имел вполне материальные очертания и оказался шведским капитаном. Вместе с ним Анна и оплакивала супруга. Он же помог ей отобрать у родственников покойного наследство.  
     А вскоре  умерла и Анна.  Весть о ее смерти настигла Петра в 1714 году. В это время состоялось Гангутское сражение, в котором созданный Петром Балтийский флот одержал первую победу. Десять лет назад эту операцию Петр планировал  совершить ради Анны Монс. Он все еще не Виллим Монсмог забыть эту женщину. Да и она, как оказалось, не хотела отпускать его после своей смерти. В этом Петр убедился, когда  казнил любовника своей супруги, Екатерины I. Им был брат Анны – Виллим. Петр так и не смог оправиться после этого потрясения и спустя два года умер. Перед кончиной он порвал завещание, в котором Екатерина I была названа престолонаследницей. Кого хотел указать в новом завещании Петр? Или он поступил по примеру Анны, которая вычеркнула из завещания свих родственников и все отдала шведскому капитану? История об этом умалчивает. Известно только, что на престол взошла Екатерина I. Больше было некому. Царица Евдокия находилась в монастыре, а царевича Алексея, единственного наследника, казнили по приказу Петра.
     Такова судьба Анны Монс, женщины, которая предпочла свободу любви императора. Петр так и не смог покорить неприступный характерный немки. Ей не были нужны его подвиги и свершения. Все, что она хотела, всегда получала сама.  

(автор текста Смирнова Е.Г., ссылка на http://www.kljaksa.ru с указанием авторства — обязательна)

Категория: (13.08.2011) | Автор: Смирнова Е.Г.
Просмотров: 5956