"Клякса.ру"
Смирнова Е.Г. публикации

Каталог статей


Главная » Статьи » Цикл "Женщины в русской истории" » Екатерина Андреевна Карамзина

Екатерина Андреевна Карамзина

     Каждый год, едва только зацветали липы, и аллеи барского сада наполнялись нежнейшими ароматами, подмосковная усадьба Остафьево встречала своих хозяев – князей Вяземских.
     Через распахнутые окна в дом вливалось благоухание лета. Оно проникало в каждый уголок, включая библиотеку, завсегдатайшей которой являлась дочь князя – Екатерина Андреевна. Пуще другого девушка любила запираться там одна. И стоило ей приняться за чтение, как сразу забывались все намёки на её незаконное происхождение, и, вместо образа давно покинувшей её матери, воображение рисовало сцены совершенно иные.
     О, нет… То не были картины любви, пылкой и страстной …
     Жестокие битвы виделись ей, великие воины, шлемоблещущая рать… Жизнь предков явью вставала со страниц… Увлечённая, княжна тщательно изучала древние письмена киево-печерского инока Нестора, интересовалась летописями Ипатьевской, Ростовской, Воскресенской, Хлебниковской…
     Она пришла к выводу, что собственное происхождение не играет большой роли. В этом её убеждала история, показывающая, что все века отмечены мирским несовершенством.
     Но такой вывод, конечно, не мог отвратить Екатерину от книг. Тем более, фортуна послала ей единомышленника. Им оказался известный писатель Николай Михайлович Карамзин. Они поженились, и вскоре началась работа над величайшим трудом, который известен миру под названием «История Государства Российского».


Екатерина Карамзина     …Иной раз о Екатерине Андреевне отзывались как о выдающемся знатоке Священного Писания. Но она совсем даже не была сухой начётницей, не цитировала по памяти библейские заповеди и евангельские притчи.
Просто она жила ими. Порядочность, скромность, простота и терпение с раннего детства были присущи Екатерине Андреевне.
     «Если бы человек захотел  изваять Мадонну, то, конечно, дал бы ей черты Карамзиной в молодости», — так писал о Екатерине Андреевне мемуарист Вигель.  
     Но в обществе над добродетелями Екатерины порой насмехались. Особенно, когда она пылко доказывала, что женщина, сетующая на своего мужа, уже одним этим ему неверна!..
     Придёт время, и ей, к тому времени замужней, припомнят эти слова как намёк на её любовную интригу с Пушкиным. Екатерина Андреевна докажет свою незапятнанность искренней преданностью супругу – Николаю Михайловичу Карамзину. Она станет его главной опорой, свою жизнь посвятив служению его идее…
     А пока Екатерина Андреевна занималась своей родословной.
Владимир Мономах     Она узнала, что князья Вяземские имеют в предках самого Владимира Мономаха.
     Отец Екатерины, Андрей Иванович Вяземский, тайный советник и сенатор, начинал службу в эстляндском городе Ревеле. Там он сошёлся с графиней Елизаветой Карловной Сиверс, которая в 1780 году и родила ему дочь Екатерину. Девочка стала плодом греховной связи – графиня была замужней. А потому новорождённой присвоили фамилию Колыванова, от русского названия Ревеля – Колывань.
     Андрей Иванович передал дочь на воспитание княгине Оболенской – своей тётушке, но после выхода в отставку забрал Екатерину к себе. К тому времени он уже был женат и воспитывал сына, впоследствии известного поэта и друга Пушкина – Петра Андреевича Вяземского. Выросшая без материнской любви и ласки, Екатерина всем сердцем приняла отцовскую семью. Она искренне полюбила брата, часто гуляла с ним, но ещё чаще приглашала Петра в библиотеку, насчитывавшую более 17 тысяч томов! Читателями этого обширного собрания были многие известные люди, и, в частности, писатель Карамзин.
     Познакомившись с девушкой, Карамзин был потрясён начитанностью и уникальной эрудицией Екатерины Колывановой. Будучи старше на четырнадцать лет, обладая немалым жизненным и творческим опытом, он вдруг осознал, что робеет перед Екатериной Андреевной. Речь Екатерины буквально завораживала его, а большие искрящиеся глаза пробуждали в душе огонь, доселе не ведомый…
     Что касается Колывановой, то она боготворила Карамзина, но признаться в своих чувствах к нему не смела, потому как знала, что он скорбит по рано умершей супруге. Однако Софи – так звали дочь Карамзина – сильно привязалась к Екатерине Андреевне.
Николай Михайлович Карамзин     По прошествии некоторого времени Николай Михайлович сделал предложение.
     Новобрачные зажили счастливо, в мире и согласии. Уже к 1803 году дом Карамзиных имел популярность бОльшую, нежели многие прочие салоны Москвы и Петербурга. Их дом дарил тепло многим — Жуковскому, Брюллову, Пушкину, Глинке, Гоголю, Даргомыжскому. Но душой этого общества была Екатерина Карамзина. «…Радушный приём Екатерины Андреевны, неизменно разливавшей чай за большим самоваром, создавал ту атмосферу доброжелательства и гостеприимства, которой мы все дышали…», — писала в своих воспоминаниях дочь Тютчева.
     И тут случилось событие огромной важности. Александр I высочайше поручил Карамзину писать Историю государства Российского.
     Прежде не существовало печатного изложения российской истории. Древние летописи воспринимались с трудом, а архивные и частные собрания чаще всего были недоступны основной массе читателей. Поэтому, начиная работу, Карамзин решил существующие исторические источники свести воедино, переработать и изложить их понятным, пригодным для чтения языком.
     Екатерина Андреевна стала главной помощницей супруга.
     Она отбирала, систематизировала и анализировала факты, делала правки, переписывала завершённые главы набело.
     Казалось, силы небесные хранили супругов и их труд.  
     В 1812 году, при пожаре Москвы, сгорела библиотека Николая Михайловича. Однако материалы, необходимые для написания «Истории», чудом уцелели.
История государства Российского     В течение многих лет, пока создавалась «История Государства Российского», Екатерина Андреевна и Николай Михайлович считались главными фигурами в российской литературе и науке. К сожалению, довести летописание до современных ему дней Карамзину не удалось.
     Едва начав работу над 12 томом,  в 1826 году писатель умер.
     Сильный отпечаток оставил на нём декабрьский мятеж 1825 года. Всей жизнью, всей  деятельностью Карамзин утверждал пользу и благо самодержавия для России. Декабристы, среди которых было много знакомых Николая Михайловича, такие воззрения отвергали. 14 декабря, когда мятежники выступили, Карамзин был на Сенатской площади. Проведя целый день на морозе, он простудился.
     Казалось бы – мелочь…  
     Но лечение не приносило результата. Спустя полгода Николай Михайлович скончался.
     И всё же общественность увидела 12-й том «Истории», доводящий повествование до 1611 года. Его завершила Екатерина Андреевна.
     Издание труда Николая Михайловича Карамзина стало событием общенародным.  Пушкин  писал, что «История государства Российского» есть не только создание великого писателя, но и подвиг честного человека… Даже далёкие от чтения светские женщины бросились читать историю своего отечества, дотоле им не известную. Она была для них истинным открытием. Древняя Россия, по словам Пушкина, была открыта Карамзиным как Америка Колумбом.  
     Юный поэт часто бывал в гостях у Карамзиных. Из этого некоторые исследователи делают вывод, что Пушкин был страстно увлечён Екатериной Андреевной.
     Графиня Эдлинг утверждала в дневнике, что Карамзина – предмет первой и благородной привязанности Пушкина. Юрий Тынянов называл  Екатерину Андреевну безымянной любовью Пушкина – той женщиной, которая в так называемом дон-жуанском списке поэта скрыта под литерами NN…
     Сама же Екатерина Андреевна, будучи девятнадцатью годами старше, относилась к Пушкину как к сыну. Участие в его судьбе – причём, самое горячее – Екатерина Андреевна принимала неизменно. Когда за стихотворение «Свобода» поэту грозила ссылка, только заступничество  Карамзиных спасло Пушкина от наказания.
     В критические моменты жизни Пушкин обращался к Екатерине Андреевне. И её, одну из немногих,  он хотел увидеть перед смертью…
     «…Закатилась звезда светлая. Россия потеряла Пушкина», — так отозвалась Карамзина на смерть поэта. Эти слова она произнесла в своём литературном салоне в Петербурге, который с некоторых пор стал центром общественной жизни столицы.  В своих мемуарах Анна Тютчева писала, что салон Екатерины Андреевны был одним из самых привлекательных центров петербургской жизни, истинным оазисом литературных и умственных идей среди пышного, но мало одухотворенного петербургского света.
     У Екатерины Андреевны собирались друзья умершего Карамзина – литераторы,  историки, учёные… Приходили и молодые поэты. Хозяйка салона поддерживала отношения и с императорским двором, но все прекрасно знали, что кругом её общения был не царский двор, а друзья покойного мужа. Екатерина Андреевна хранила завещанные супругом традиционные воззрения: монархизм, патриотизм, религиозность. Но такие приверженности вовсе не исключали свободы мнений и   независимости суждений. Её салон был единственным в столице местом, где, пренебрегая модным французским, изъяснялись только по-русски и никогда не играли в карты.
     В 1830-е годы салон Карамзиной располагался в доме на Моховой, затем на Михайловской площади, ещё позже на Гагаринской улице. Несмотря на частую перемену адресов, у Екатерины Андреевны сохранялась атмосфера добра и сердечности. Со свойственной русской душе щедростью Карамзина готова была поддерживать салон, невзирая ни на какие трудности, в том числе, и материальные.
     После её смерти в 1851 году дом опустел навсегда… Но никогда не забудутся строчки из «Евгения Онегина», посвящённые карамзинскому салону и самой Екатерине Андреевне:

В гостиной, истинно дворянской,
Чуждались щегольства речей
И щекотливости мещанской
Журнальных чопорных судЕй.
Хозяйкой светской и свободной
Был принят слог простонародный,
И не пугал еЯ ушей
Живою странностью своей.


(автор текста Смирнова Е.Г., ссылка на http://www.kljaksa.ru с указанием авторства — обязательна)

Видео-версия: на сайте холдинга Red-Media

Категория: (31.12.2011) | Автор: Смирнова Е.Г.
Просмотров: 6146